Сми о нас

Независимая уральская газета от 18 сентября 2018 года «В Башкирии подготовили больше 150 предложений по оперативному выполнению майских указов Владимира Путина»

— Утверждаемый документ это итог четырехмесячной работы органов власти и ученых Института стратегических исследований РБ. Корректировка целевых показателей Стратегии-2030 в соответствии с указами началась в мае по поручению Главы Башкортостана Рустема Хамитова. Президентский указ №204, который мы еще называем «майским указом» — не единственный определяющий документ. Нами брались за основу и положения послания Президента РФ Федеральному Собранию. Эти документы закладывают параметры, к которым должны прийти страна и регионы к 2024 году.
Подобные рубежи планирования могут быть заложены только в стратегии. Поэтому для выработки ряда решений привлекались ученые нашего института: экономисты, социологи, демографы и модераторы форсайт-сессий. В частности, проведен масштабный социологический опрос кто проводил? — четырехтысячник, а пути достижения целевых показателей обсуждались в ходе стратегических сессий. Органы власти региона и муниципалитетов закладывают в стратегию своего развития эти «майские» ориентиры. Там масса конкретных показателей: снижение бедности, повышение производительности и так далее. Все они в той или иной мере влияют на демографическую составляющую. Поэтому логично, что как индикатор результативности мер берется демография: если показатели растут, то людям здесь жить становится комфортнее» — рассказал директор  Института стратегических исследований РБ Азат Янгиров.

Муниципалитеты не смогут получить финансирование инвестпроектов, пока не докажут их состоятельность. Правительство Башкирии считает, что районы должны входить в Республиканскую адресную инвестиционную программу, только если их объекты покажут реальные результаты, как в текущем периоде, так и в долгосрочном. Еще одним условием станет вхождение инвестиционного проекта в стратегию экономического развития. Об этом радиостанции Business FM Уфа рассказал директор Института стратегических исследований Азат Янгиров.

Напомним, ведомство в сотрудничестве с Минэкономом региона разрабатывает стратегии развития муниципалитетов. По словам Янгирова, их комплексные планы опережающего социально-экономического развития должны отталкиваться от этих стратегий: «Получается такая ситуация иногда, что муниципалитет заявляет необходимость физкультурно-оздоровительного комплекса или детского садика, а у него даже нет понимания, в целом этот населенный пункт как будет видеться в 2030 году. Исходя из этих стратегических взглядов и направлений будет финансироваться из республиканского бюджета потребность муниципальных районов в тех или иных объектах».

Развитие стратегий нужно еще и потому, что сейчас в муниципалитетах распространены иждивенческие настроения, продолжает Янгиров: «Когда наши группы выезжали в районы, первый вопрос, который задает актив района: «А сколько нам республика даст денег?». Они вот с этого начинают разговор. Это, конечно, надо переламывать, чтобы все-таки они начинали с себя, что вот мы хотим такие формы деятельности развивать, такие проекты реализовывать. Да, немножко нам нужна поддержка, но у нас есть собственные ресурсы, собственные финансы. Такого подхода крайне не хватает на муниципальном уровне».

Добавим, стратегии планируют пересматривать как минимум два раза в год, чтобы исключить нежизнеспособные проекты.

Эллина Юсупова

Эфир радио «Бизнес-ФМ Уфа» от 04 сентября 2018 г.

Туризм на юге, мелкотоварное производство на северо-востоке, сырьевое – на севере, аграрное – на западе: как в Башкирии хотят развивать муниципалитеты

Эфир «Бизнес-ФМ Уфа» от 03 сентября 2018 г.

Долго ли еще в муниципалитетах будут господствовать иждивенческие настроения, есть ли шанс у депрессивных территорий «выйти в люди» и почему в Башкирии видят будущее лучше, чем в Татарстане? Корреспондент RBtoday в беседе с доктором экономических наук, директором Института стратегических исследований РБ Азатом Янгировым обсудил эти и другие проблемы развития районов республики.

— Азат Вазирович, ваш институт приступил к разработке программ стратегического развития муниципалитетов республики. Различные программы и раньше создавались десятками, а потом благополучно «хоронились». Не превращается ли это в некий оторванный от реальной жизни ритуал?

— Да, раньше подобные программы были в основном декларативными, формальными. По крайней мере, можно констатировать, что республиканская стратегия «2020» носила именно такой характер. Ее разработали, приняли — и все, больше к этой стратегии практически не возвращались.

Сейчас пришло понимание, что пора прекращать развиваться с горизонтом в 1 – 2, максимум – 3 года. Должны быть проекты, реализующиеся в более длительной перспективе, и, конечно, эффект от них. А ежегодно принимаемые планы действий правительства, муниципальных органов власти должны исходить из общей стратегии.

— Что стало конкретным ориентиром при разработке новых программ?

— Надо понимать, что наша республика – не отдельный островок. Развиваться надо с учетом стратегии развития всей страны. И здесь, в первую очередь, важны стратегические ориентиры, заданные руководством России. В первую очередь, конечно, недавний президентский указ №204, который мы еще называем «майским указом» и послание Федеральному Собранию. Там заложены конкретные параметры, к которым должны прийти страна и регионы к 2024 году. Подобные рубежи планирования могут быть заложены только в стратегию. Органы власти на местах обязаны заложить в них конкретные «майские» ориентиры. Там масса конкретных показателей: снижение бедности, повышение производительности и так далее.

— На последнем заседании Стратегического комитета премьер-министр Башкирии Рустэм Марданов заявил, что правительство будет финансировать только те муниципальные проекты, которые вошли в местные стратегии. Зачем нужен такой ограничитель?

— Это еще одна особенность новых программ. Сейчас республика финансирует муниципалитеты, исходя из их текущих потребностей и пробивных способностей. Условно говоря, если в районе захотели построить ФОК и сумели согласовать финансирование, то такой физкультурный комплекс появится.

Есть Республиканская адресная инвестиционная программа. В ней «сидят», по сути, все региональные капитальные вложения. Она каждый год принимается. Сейчас же правительством ставится условие, что муниципальные объекты могут включаться в РАИП только при условии, если они прописаны в программе развития и видны их долгосрочные эффекты. Условно говоря, если хочешь ФОК, то покажи перспективы развития этого села, его реального сектора, человеческого капитала.

— Получается, что последнее слово остается все-таки за республиканскими властями?

— Безусловно. Правительство будет проводить анализ таких инициатив, расставлять приоритеты – какому муниципалитету необходимо помочь в первую очередь. И исходя из этого станет закладывать финансирование или софинансирование из бюджета. Поэтому стратегия приобретает совершенно новый, актуальный и максимально конкретный характер.

— Есть ли какие-то конкретные сроки для появления местных программ развития? Ведь их можно писать до бесконечности…

— В настоящее время программы есть у 12 из 63 муниципальных образований. То есть у оставшегося 51 муниципалитета стратегии или отсутствуют, или находятся в стадии разработки. Но даже те документы, которые уже созданы, сейчас пересматриваются. Во-первых, они появились на свет до «майских» указов. И во- вторых, готовились без тех методических рекомендаций, которые мы совместно с минэкономики разработали в июне и где постарались максимально детализировать все позиции.

Кстати, подобные рекомендации по России создали, кроме Башкирии, всего 2 – 3 региона. Считаю, что мы поступили абсолютно верно, потому что заметно упростили рассмотрение и утверждение программ развития.

Окончательно они должны быть приняты в декабре 2018 года, а до этого пройти все промежуточные этапы: общественные слушания, рассмотрения на сессиях местных советов.

— Башкирия только-только приняла свою программу «2030». Теперь вместо нее придется писать новую, менять название на «Стратегия – 2024»?

— Нет, кардинально пересматривать все республиканскую стратегию не придется, хотя модернизация некоторых разделов потребуется. И название должно остаться прежним, потому что и в указах Путина заявляется немало параметров как раз до 2030 года.

— Считаете, что правительственный контроль поможет избежать искушения вписать в программы как можно больше всяких пунктов, ибо, как говорят в народе, «мечтать не вредно»?

— Первое, что хотел отметить, — заинтересованность людей на местах в своем будущем. Наш институт сейчас работает с двумя десятками муниципальных образований, и везде практически видим большое внимание к составлению программ. Но, к сожалению, до сих пор в большинстве муниципалитетов сохраняется иждивенческий подход. Когда район ждет только денег от республики, не предлагая проекты развития. И даже старается политику выстроить таким образом, чтобы выглядеть нуждающимся и вытянуть из региональной власти как можно больше.

Когда мы проводили выездные стратегические сессии – а это неотъемлемый этап разработки стратегии, то нам прямо задают вопрос «А сколько нам даст республика денег?» Это же неправильный подход. Главное – найти внутренние ресурсы. Но в муниципалитетах предпочитают смотреть наверх, а не под ноги. Это, наверное, главная проблема, с которой еще придется работать и работать.

— С другой стороны, во многих, наверное, сидит с прежних времен привычка планировать, как модно было говорить, «от достигнутого». Ведь чем меньше ты заложишь рост экономических и социальных изменений, тем легче его выполнить?

— Есть и такой поход. Плюсы «майских» указов в том и состоят, что не позволяют ориентироваться на подобные прогнозы. Раньше в декларативных программах развития районы предлагали минимальные темпы и были уверены, что точно их выполнят. Сейчас, видя жесткие ориентиры, муниципалитеты волей- неволей вынуждены закладывать ускоренные темпы. Недаром в названии программ социально-экономического развития употребляется слово «опережающего».

— Как выглядит процесс подготовки стратегий? Не приходится ли читать лекции руководителям муниципальных образований?

— Предыдущие нормативные документы обычно разрабатывались в стенах кабинетов чиновников и потом явочным порядком доводились до исполнителей. Мы действуем иначе.

Наш первый контрольный срок – сентябрь, когда должны быть готовы «черновые» проекты стратегий. Сейчас проводим так называемые стратегические сессии, на которые приглашаем не только руководителей районов, но и представителей бизнеса, некоммерческих организаций.

Следующий срок – октябрь – ноябрь, это время прохождения публичных слушаний программ развития. Потому что такие стратегии должны носить так называемый консенсунсный характер, приниматься большинством общества. Перед общественными слушаниями документ обязательно должен быть вывешен на сайте местной администрации, чтобы с ним мог ознакомиться любой желающий.

И следующий этап – согласование в республиканских органах исполнительной власти, министерствах и ведомствах. Это для нас, конечно, самый сложный процесс. Потому что к нашим документам будут предъявляться, думаю, очень высокие требования.

— Наверняка такие же документы сейчас готовят и другие регионы России. У них есть чему поучиться, например, у наших соседей из Татарстана?

— Как раз здесь мы планируем, как бы амбициозно это ни звучало, опередить большинство других регионов страны. Мы изучили муниципальные стратегии наших соседей – тем более что все они выложены на сайте региональных органов власти. У них все-таки отсутствует целый ряд моментов, которые есть у нас.

Во-первых, у нас создана единая методология разработки таких документов, о чем я уже упоминал. Во-вторых, обязательное проведение в каждом муниципалитете соцопросов. В нашем вопроснике – 80 позиций, мы раздавали примерно по 200 анкет в каждом районе, и их обработка дала отличную пищу для анализа. Третье отличие на муниципальном уровне – проведение тех самых стратегических сессий, где аккумулируются новые, неординарные идеи. Этой же цели служит и привлечение лучших республиканских экспертов для анализа проблем конкретных муниципальных образований.

И, наконец, в отличие от Татарстана, у нас разработана общая статистическая база по муниципалитетам, а также заложена максимальная конкретика в выборе проектов для реализации.

Это не значит, что перечень проектов и показателей, которые войдут в муниципальные программы развития, станет исчерпывающим. Безусловно, он будет периодически пересматриваться. Может измениться макроэкономическая ситуация. Поэтому и ситуация с разработкой стратегий в декабре не будет закончена. Тем не менее ее главные параметры, думаю, останутся прежними вплоть до 2024 года.

Интервью порталу RBToday от 03 сентября 2018 г.

Мир меняется. Нагрузка в создании крепкой экономики и управлении государством ложатся на плечи молодых людей, которые уже завтра должны стать лидерами региона. Поэтому нужно понимать, что стратегия развития любого сообщества, муниципалитета или региона должна учитывать требования и взгляды молодежь. Молодежь же, в свою очередь, не должна оставаться равнодушной к социально-экономическому развитию республики.

Способна ли она внести свой взгляд на будущее РБ? Готова ли к выполнению тех задач, которые сама же и должна поставить? Спикер пленарной сессии «Стратегия-2030», научный сотрудник Института стратегических исследований РБ Газиз Мухамматович Юсупов считает, что молодежь, в том числе и благодаря таким форумам, как «Я – гражданин», способна влиять на социально-экономическую перспективу региона.

Для того, чтобы молодые участники панельной дискуссии понимали, что такое «программа стратегического развития», Газиз Мухамматович рассказал о том, как такие программы создаются. Когда разрабатывается стратегический план развития для региона, важно помнить о двух вещах: стратегию нельзя скопировать и стратегию нельзя создавать «кулуарно». Например, в первом случае, нельзя взять какую-либо успешную модель соседнего региона (Челябинской области) и надеть ее на плоскость нашей республики. Почему? —Очевидно. Республике Башкортостан свойственны другие условия, историческое развитие, природные факторы и тренды.

Кстати, говоря о трендах, мы переходим к понятию «форсайт-сессии» как способа разработки стратегии — концепция, в основе которой лежит поиск трендов. Социологические опросы, экспертная оценка, социально-экономические показатели последних лет показали, что в ближайшие 10 лет республике будут характерны следующие тенденции: отток населения, изменение климатической ситуации в промышленных центрах, отдаление периферийных районов от крупнейших городов (Уфа, Стерлитамак). Следовательно, если ничего не предпринять, то к 2030 году тренды приведут к печальной ситуации — это называется «образ продолженного будущего».Альтернативой этой картине должен стать «образ желаемого будущего»,создаваемый проектами. Проекты изменяют тренды (в ближайшее время, в средней и дальнейшей перспективе). Таким образом, выявление проблем, в совокупности свойственных лишь Республике Башкортостан, помогает создать собственное видение настоящего и позволяет спрогнозировать ситуацию в будущем, что, в свою очередь, поможет создать планомерный комплекс решений.

Что касается кулуарности, то с этим столкнулись разработчики программы стратегического развития до 2020 года. Программа разрабатывалась усилиями группы чиновников и экономистов без общественного обсуждения, приглашения экспертов и ученых из крупных вузов страны. В случае «Стратегии-2030» выбран иной подход — в его разработке приняло костяк составил 140 ученых Института стратегических ученых, предварительно были проведены социологические опросы 6 тыс человек, тренды обсуждались на вышеназванных форсайт-сессиях.

Это позволило программе стать живой (приземленной, учитывающей нынешние реалии и требования населения) и гибкой (способной изменять в зависимости от того, каким будет развитие все эти годы). Но, как отметил Газиз Юсупов, далеко не всегда и самые хорошо разработанные и выверенные программы выполняются — причиной этому могут стать и новые экономические факторы, другая ситуация в стране и регионе, какие-то катаклизмы и т.д.

Закончив со знакомством участников с концепцией «Стратегии-2030», Газиз Мухамматович перешел непосредственно к проблемам Республики Башкортостан и разработанным способам решения. Для планомерного развития Республики Башкортостан стратегическая сессия разделена на 4 основных раздела:

1. Сбалансированное развитие регионов;
2. Человеческий капитал;
3. Реальный сектор экономики;
4. Государственное управление.

Итак, важнейшим вопросом будущего нашего региона названо территориальное развитие. В этой сфере существует проблема: дифференциация в социально-экономическом развитии между муниципальным образованиями (городами и районами). И эта проблема как раз является трендом. Так, если в 2010 году разница в среднемесячной заработной плате между районами с самой высокой и самой низкой зарплатой составляла 12255 руб, то к 2016 она уже выросла до отметки 21042 руб. В 2010 году разница в инвестициях в основной капитал находилась на уровне 38345 руб на душу населения, в 2016 году она выросла в 10 раз — до 380007 руб на душу населения.

Еще один вызов — сильное окружение Республики Башкортостан соседними регионами, где основным конкурентом, которому республика проигрывает, является Татарстан. Это приводит не только к потере статуса, но и к весьма ощутимым последствиям — население приграничных районов тяготеет к Челябинской или Свердловской области, к Республике Татарстан или Пермскому краю. Другая причина оттока населения — транспортная недоступность, неразвитость инфраструктуры, отсутствие перспектив и низкая престижность образования в ссузах и вузах Уфы. С каждым годом увеличивается число выпускников школ, поступающих в заведения Москвы и Петербурга или соседних областей. Например, 40% выпускников учалинских школ предпочитают поступать в челябинские образовательные учреждения.

Проблема поставлена. Для ее решения необходимо решить ее составляющие: отсутствие транспортной, социально-экономической и управленческой связанности. Поэтому в «Стратегии-2030» оформлены следующие стратегические направления территориального развития:

1. формирование субрегионального подхода к социально-экономическому развитию РБ;
2. создание агломераций на базе крупнейших городов РБ;
3. формирование центров экономического развития;
4. создание механизмов и условий инвестиционной наполняемости.

В рамках этого предстоит предпринять целый комплекс мер: развитие нефтегазовой, деревообрабатывающей, нефтехимической промышленности, формирование единого пространства между агломерациями, комплексное развитие транспортной и других видов инфраструктуры, создание аналогов агломераций на базе крупных сельских населенных пунктов и т.д.. Все это в конечной мере должно привести к тому, что муниципалитеты РБ будут развиваться равномерно, крупнейшие города станут центрами развития всех территорий республики, будет решен вопрос миграционной убыли в соседние регионы.

Конечно же, важен и молодежный аспект. Вузы республики должны создавать проекты по привлечению наиболее талантливых выпускников школ, нужно решить проблему трудоустройства тех, кто получил среднее специальное или высшее образование. Ведь, по словам автора презентации «Стратегии-2030» Газиза Юсупова, эта программа направлена, прежде всего, на будущее, на молодежь. Поэтому панельная дискуссия вызвала оживленные споры: участники задавали вопросы, касающиеся образования, поддержки молодежных инициатив, а в конце стратегической сессии внесли свои предложения в «Стратегию-2030» по развитию малых городов, поселков и сел Республики Башкортостан. Эти предложения были выработаны накануне в рамках тренд-сессии, где участники форума «Я – гражданин» обсуждали этот вопрос и в итоге подготовили около 100 предложений. Газиз Мухамматович Юсупов поблагодарил молодых активистов и напомнил, что некоторые предложения молодежного форума «Асылташ» вошли в программу развития региона.

По итогам панельной дискуссии Газиз Юсупов поделился своими впечатлениями. Отвечая на вопрос, каково место молодежи и подобных форумов в разработке и обсуждении программ стратегического развития, он сказал следующее:

Институт стратегических исследований отказался от того, чтобы сесть группой ученых, чиновников и представителей высшего руководства республики и выработать какую-то собственную стратегию. Нет, она должна быть живой. Для этого, с одной стороны, нужны люди с ресурсами — бизнес, власть, а с другой стороны молодежь обязательно должна выступать контрагентом, ведь в стратегической перспективе именно она будет движущей силой.
Когда нынешняя власть уйдет на пенсию, когда бизнесмены передадут дела другим людям или разовьют свой бизнес до новых уровней, тогда возникнет вопрос: «А кто сейчас придет?». И сейчас приходят те, кто приходят на такие форумы, как «Я – гражданин». Форум показал свою живучесть, ведь сам знаю, что 5 человек, прошедших через него, стали значимыми людьми в бизнесе, политике и гражданской активности.

Задумывайтесь о будущем своей республики уже сегодня, с Вашим «е+»!

Материал предоставлен эл.газетой «Позитрон | е+», автор: Идель Гумеров

Оригинал материала по ссылке «Стратегия-2030». Место молодежи в решении проблем